Допустим, мы выращиваем на огороде картофель для себя, не на продажу. Создаём ли мы здесь стоимость? Давайте разберёмся в этом вопросе.

Поскольку сажаем картофель не для того, чтобы продать, постольку стоимость по видимости не создаётся, товаром этот картофель не будет. Ведь товар это продукт труда, создаваемый для обмена. Когда производитель работает на рынок, «он хочет произвести потребительную стоимость, обладающую меновой стоимостью, предмет, предназначенный для продажи, т.е. товар» [1].

Но как быть с тем, что если по весне, к лету придётся этот картофель продать, т.к. не смогли его полностью потребить? Ведь этот картофель продаётся по стоимости, как и тот, что в магазине лежит.

Тут возможны два варианта ответа на вопрос: либо стоимость возникла в момент решения продать картофель, либо — в прошлом году, когда его вырастили. Но если придерживаться трудовой теории стоимости, то ясно, что стоимость всегда создаётся в производстве. И решение продать или не продать продукт труда никак не влияет на возникновение самой стоимости, потому что «стоимость товара определяется количеством труда, затраченного в продолжение его производства» [2].

Значит, стоимость была создана в процессе производства картофеля. Но тут появляется противоречие. Ведь мы выращивали его для себя, для собственного потребления, не на продажу, поэтому стоимость не создавали.

Попробуем разрешить это противоречие. Стоимость в самом простейшем случае есть мёртвый труд, прошлый труд, овеществлённый труд, количество которого определяется рабочим временем. Маркс по этому поводу пишет: «Насколько важно для познания стоимости вообще рассматривать её просто как застывшее рабочее время, просто как овеществлённый труд, настолько же важно для познания прибавочной стоимости рассматривать её просто как застывшее прибавочное время, просто как овеществлённый прибавочный труд» [3].

В условиях всеобщего товарного производства любой продукт труда, вступающий в самостоятельное существование, обособленное от процесса живого труда, выражает собой стоимость как затраты этого труда. Но если этот продукт создан не для продажи, то он имеет лишь абстрактную стоимость, которая сама по себе ещё не предполагает обязательного участия в обмене. «Когда мы говорим: как стоимости, товары суть простые сгустки человеческого труда, то наш анализ сводит товары к абстрактной стоимости, но не даёт им формы стоимости, отличной от их натуральной формы» [4].

В этом случае стоимость есть лишь овеществлённый труд, застывшее рабочее время. Это стоимость в абстрактной форме, которую ещё можно назвать потенциальной стоимостью. Она не существует для рынка, для обмена. Чтобы войти в обменный процесс, стоимость должна принять меновую форму. И вот когда по весне мы решаем продать излишек картофеля, в этот момент абстрактная форма стоимости картофеля превращается в меновую. Теперь картофель примеряет на себя ценник, стоимость получает денежное выражение, рынок начинает относиться к нашему картофелю как к товару.

Таким образом, в условиях всеобщего товарного производства, в условиях капиталистических производственных отношений, в условиях общественного разделения труда любой продукт труда, выраженный в своей материальной форме, удовлетворяющий какую-нибудь общественную потребность, всегда являет собой стоимость, будь то в меновой или в неопределённой абстрактной форме.

Список литературы

1. Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения, издание второе, том 23, стр. 197. М., 1960.
2. Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения, издание второе, том 23, стр. 47. М., 1960.
3. Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения, издание второе, том 23, стр. 228. М., 1960.
4. Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения, издание второе, том 23, стр. 59. М., 1960.

Итак, напомню, что примерно год назад в нашем кружке разгорелась дискуссия: создает ли программист стоимость. Изучая капитал Маркса, мы дошли до 5-го отдела главы 14, во втором абзаце которой автор пишет следующее:
«Продукт превращается вообще из непосредственного продукта индивидуального производителя в общественный, в общий продукт совокупного рабочего, т. е. комбинированного рабочего персонала, члены которого ближе или дальше стоят от непосредственного воздействия на предмет труда.»

Тогда, около года назад, мы, сторонники положения, что работники умственного труда стоимости не создают, еще не знали о неточности перевода данного отрывка. Оказывается, есть авторизованный перевод «Капитала» Маркса на французский язык, который переводила и издавала дочь Маркса Элеонора Маркс и ее муж. Так вот в том авторизованном переводе по-французски рабочий будет ouvrier, а работник travailleur.

Тогда, около года назад, мы, сторонники положения, что работники умственного труда стоимости не создают, еще не знали о неточности перевода данного отрывка. Оказывается, есть авторизованный перевод «Капитала» Маркса на французский язык, который переводила и издавала дочь Маркса Элеонора Маркс и ее муж. Так вот в том авторизованном переводе по-французски рабочий будет ouvrier, а работник travailleur.

Тогда, около года назад, мы, сторонники положения, что работники умственного труда стоимости не создают, еще не знали о неточности перевода данного отрывка. Оказывается, есть авторизованный перевод «Капитала» Маркса на французский язык, который переводила и издавала дочь Маркса Элеонора Маркс и ее муж. Так вот в том авторизованном переводе по-французски рабочий будет ouvrier, а работник travailleur.

Тогда, около года назад, мы, сторонники положения, что работники умственного труда стоимости не создают, еще не знали о неточности перевода данного отрывка. Оказывается, есть авторизованный перевод «Капитала» Маркса на французский язык, который переводила и издавала дочь Маркса Элеонора Маркс и ее муж. Так вот в том авторизованном переводе по-французски рабочий будет ouvrier, а работник travailleur.

Тогда, около года назад, мы, сторонники положения, что работники умственного труда стоимости не создают, еще не знали о неточности перевода данного отрывка. Оказывается, есть авторизованный перевод «Капитала» Маркса на французский язык, который переводила и издавала дочь Маркса Элеонора Маркс и ее муж. Так вот в том авторизованном переводе по-французски рабочий будет ouvrier, а работник travailleur.

Тогда, около года назад, мы, сторонники положения, что работники умственного труда стоимости не создают, еще не знали о неточности перевода данного отрывка. Оказывается, есть авторизованный перевод «Капитала» Маркса на французский язык, который переводила и издавала дочь Маркса Элеонора Маркс и ее муж. Так вот в том авторизованном переводе по-французски рабочий будет ouvrier, а работник travailleur.

Здесь налицо признание, что программа не существует отдельно от материального носителя. А что Маркс считает прежде всего товаром, имеющим меновую стоимость?

«Товар есть прежде всего внешний предмет, вещь, которая, благодаря ее свойствам, удовлетворяет какие-либо человеческие потребности.» («Капитал», т. 1, Гл. 1 Товар, 2 абзац)

То есть программа без материального носителя не есть внешний предмет, вещь. Причем материальный носитель может существовать без программы, будь то флэшка, CD-носитель, телефон, компьютер или даже станок ЧПУ. Да, без программы они теряют свою потребительную стоимость, перестают быть полезными, но ведь речь о том, что они есть внешний предмет, вещь, материальный результат труда.

Так почему же наши оппоненты считают, что программа имеет стоимость? Предположу, что они не обдумали следующие положения в «Капитале» Маркса:

«Но форма цены не только допускает возможность количественного несовпадения величины стоимости с ценой, т. е. величины стоимости с ее собственным денежным выражением, – она может скрывать в себе качественное противоречие, вследствие чего цена вообще перестает быть выражением стоимости, хотя деньги представляют собой лишь форму стоимости товаров. Вещи, которые сами по себе не являются товарами, например совесть, честь и т. д., могут стать для своих владельцев предметом продажи и, таким образом, благодаря своей цене приобрести товарную форму. Следовательно, вещь формально может иметь цену, не имея стоимости. Выражение цены является здесь мнимым, как известные величины в математике. С другой стороны, мнимая форма цены, – например, цена не подвергавшейся обработке земли, которая не имеет стоимости, так как в ней не овеществлен человеческий труд, – может скрывать в себе действительное стоимостное отношение или отношение, производное от него.» («Капитал», т. 1, Гл. 3, 1. Мера стоимостей)

Цена товара это стоимость товара, выраженная в деньгах. Выходит, форма цены необязательно выражает стоимость. Идем дальше. А как товары производились до разделения труда?

«Паук совершает операции, напоминающие операции ткача, и пчела постройкой своих восковых ячеек посрамляет некоторых людей-архитекторов. Но и самый плохой архитектор от наилучшей пчелы с самого начала отличается тем, что, прежде чем строить ячейку из воска, он уже построил ее в своей голове. В конце процесса труда получается результат, который уже в начале этого процесса имелся в представлении человека, т. е. идеально. Человек не только изменяет форму того, что дано природой; в том, что дано природой, он осуществляет вместе с тем и свою сознательную цель, которая как закон определяет способ и характер его действий и которой он должен подчинять свою волю.» («Капитал», т. 1, Отдел 3, Гл. 5, 1. Процесс труда)

Итак, до разделения труда на умственный и физический труд, человек, прежде чем приступить к труду, представлял результат в своей голове, т. е. идеально. Отсюда ясно, чем занимаются работники умственного труда – они производят идеи, то есть представления о том, что должно быть результатом рабочего, или, говоря иначе, непосредственного производителя материальных благ. Но эти представления не должны оставаться только лишь в их голове, они должны быть записаны на материальном носителе и перейти в процесс производства в виде чертежей, компьютерных программ и т.д. Сами материальные носители, опять же, производятся не работниками умственного труда, и, следовательно, нельзя сказать, что стоимость чертежа определяется рабочим временем разработавшего его инженера. Более того, принтеру безразлично, что он печатает, то есть, от того, что он печатает детские рисунки или тщательно продуманные чертежи, стоимость, которую он переносит на бумагу, зависит лишь от размера бумаги и количества краски на ней. Надо понимать, что сам чертеж есть идеальное представление, потому что для тех, кто чертежи читать не умеет, последний есть лишь лист бумаги с краской на нем.

Далее в 1 томе «Капитала» в той же главе 5 читаем:

«Итак, в процессе труда деятельность человека при помощи средства труда вызывает заранее намеченное изменение предмета труда. Процесс угасает в продукте. Продукт процесса труда есть потребительная стоимость, вещество природы, приспособленное к человеческим потребностям посредством изменения формы. Труд соединился с предметом труда. Труд овеществлен в предмете, а предмет обработан.»

Здесь Маркс опять указывает на то, что труд соединяется именно с предметом, а не есть лишь представление предмета.

Но раз по прочтению и тщательному разбору 1-го тома «Капитала» среди членов нашего кружка есть сторонники положения, что работники умственного труда создают стоимость, я надеялся, что уж при прочтении «Науки логики» Гегеля эти взгляды изменятся.

Как известно, Гегель начинает свою логику с бытия, т.е. с того, что есть. Далее идет ничто, или отрицание бытия, но ничто в данном случае есть также отрицание вообще. За бытием и ничто идет категория становления, где бытие и ничто находятся в беспокойном единстве, которое снимается и перед нами предстает наличное бытие. Из того, что наличное бытие есть результат снятия становления, делаем вывод, что в нем содержится как бытие, так и ничто. Следовательно, бытие теперь есть само наличное бытие, а ничто теперь выступает как небытие. Небытие, принятое в бытие таким образом, что конкретное целое имеет форму бытия, есть определенность наличного бытия. И вот тут начинается самое интересное. Определенность есть то ничто, которое было в становлении и которое было отрицание. И нам эту определенность надо рассмотреть отдельно. Но как ее рассмотреть, если она, во-первых, неотделима от наличного бытия, от этого конкретного целого, а во-вторых есть отрицание? Мы вынуждены взять ее изолировано саму по себе и взять, как бытие, то есть так, как брать нельзя, взять так, как определенность в действительности не существует. Взять, как бытие ее следует потому, что рассмотреть можно только то, что есть и нельзя рассмотреть то, чего нет, или, точнее любое отрицание не существует без бытия. Даже если это отрицание неопределенно, как, например, просто обывательское заявление «Я против!». А уж если отрицание конкретно, например, «Я против высоких налогов» то тут уж совсем очевидно, что в отрицании обязательно содержится бытие, в данном случае это «высокие налоги».

Определенность взятая сама по себе есть качество. Далее, ради краткости изложения, я перепрыгну через категории и сразу начну говорить об определении. Определение это качество, которое есть в себе, в простом нечто и сущностно связано с другим моментом этого нечто, с в нем бытием. Итак, определение это одно качество. Качество это определенность, а последняя есть отрицание. Следовательно, она не существует отдельно от бытия. Конечно, и бытие не существует отдельно от определенности, потому что компьютер, пусть даже на данный момент не имеющий программы, создан для того, чтобы записать туда программу. Но программа в данном случае определенность, а компьютер бытие.

Наши оппоненты берут программу как бытие, как качество и забывают, что она не бывает в действительности отдельно. Если наши уважаемые программисты посмотрят назад, когда еще компьютеры собирались на лампах накала, тогда и программирование их состояло в правильном сборе этих ламп накала в определенную цепь. Тогда еще материальный носитель и алгоритм, который он выполняет, были едины. Они и сейчас едины, но наши оппоненты берут его отдельно и выдают за то, что есть само по себе.

Еще несколько примеров. Есть выражение «Доброта спасет мир». Но ведь доброта не сама по себе спасет мир, а только лишь руками добрых людей, благодаря которым она становится материальной силой. Определение человека по Гегелю есть мыслящий разум. Надо понимать, что мыслящий разум существует в материальном мозге человека, а никак не отдельно, сам по себе. Человеческий разум, взятый отдельно и посаженный на небо есть бог.

Почему важен вопрос, какие работники создают стоимость, а какие не создают? Потому что, как писал Ленин: «Только содержащий все общество класс пролетариев в силах произвести социальную революцию» (ПСС, т. 16, с. 70)

Автор: Павел, марксистское объединение МЭЛС.

Среди сторонников трудовой теории стоимости не утихают споры вокруг стоимости и труда, который её создаёт. Более того, дискуссии на эту тему принимают совершенно непримиримый характер. И это связано, в первую очередь, с тем, что общественный труд на протяжении последних ста — ста пятидесяти лет, а особенно в последние несколько десятилетий развития претерпел значительные изменения, обусловленные бурным ростом производительной силы труда и углублением его специализации в общественном производстве. Общественное разделение труда в наше время достигло таких форм, которые не описаны классиками, которые ещё только предстоит исследовать современным теоретикам. Чтобы приступить к решению данной проблемы, необходимо проанализировать ключевое, на наш взгляд, противоречие в этом пункте, а именно, рассмотреть две стороны труда — труд физический и труд умственный, потому что «разделение труда становится действительным разделением лишь с того момента, когда появляется разделение материального и духовного труда» [2].

Зададимся вопросом, являются ли физический и умственный труд одним и тем же трудом? Очевидно, нет. С другой стороны, совершенно ясно, что невозможно трудиться физически, не прилагая при этом мыслительных усилий, а так же и любая интеллектуальная деятельность в той или иной мере предполагает некоторую физическую нагрузку, хотя бы и в самом ничтожном количестве. Исследования советских физиологов А.С. Егорова и В.П. Загрядского показывают, например, что при уборке, мытье полов и вытирании пыли человек загружен умственной деятельностью на 0,9 %, при работе на станке — на 25 %, при управлении автомашиной в малонаселённых местах — на 35 %, а при печатании на пищущей машинке — на 73 % [3]. О чём говорят такие данные? О том, что трудовые процессы лишь условно можно разделить на физические и умственные. Таким образом, всегда нужно иметь ввиду, что труд может быть лишь преимущественно физическим и преимущественно умственным, даже если говорить о них как о противоположностях. Степень вовлечённости в трудовую деятельность мышц, связок, скелета — с одной стороны, и мышления человека — с другой стороны, определяет сам характер труда, выделяет в нём либо физическую грань, либо умственную. Кроме того, труд всегда связан с теми или иными эмоциональными переживаниями, которые способны влиять на выносливость трудящегося. Но эмоции мы отложим в сторону, поскольку они лишь могут придать некоторую форму, окраску труду, существенно не меняя его содержательную часть.

Если любой труд есть одновременно физический и умственный, а различен лишь их вклад в окончательный результат труда, то, по всей видимости, они как-то связаны друг с другом и должны взаимовлиять друг на друга. Итальянский физиолог Анджело Моссо ещё в конце 19-го века (1893) с помощью эргографа определил, что после лекции у профессора мышечная сила руки уменьшается на 20 %. У студента, потратившего на экзамен 3 часа своей жизни, мышечная сила падает в 4 раза [4]. Но и физические нагрузки, в свою очередь, приводя организм к физическому утомлению, снижают продуктивность умственного труда.

Итак, труд есть единство своих моментов — физического и умственного труда. Но в чём же всё-таки их принципиальное различие? Советский и российский эндокринолог В.И. Кандрор (1970) показывает необходимость в любом виде труда выделять энергетическую и информационную составляющие трудового процесса [4]. Именно они и являются в действительности теми качественными характеристиками, которые разделяют физический и умственный труд на две противоположности в составе единого труда. Если физический труд всецело сопровождается затратой энергии и приводит к физической усталости, то интеллектуальная деятельность не требует таких же больших затрат энергии, и утомление при умственной работе чаще всего выражается в информационной перегруженности, а не в болях в мышцах. Кроме того, и это существенно важно, мышечное утомление можно количественно измерить. Физический труд может осуществляться только до тех пор, пока не наступило мышечное утомление, после чего сама способность к труду физически прекращается или почти прекращается. С умственным утомлением картина качественно иная. Сверхважность решаемой задачи заставляет человека преодолевать умственное утомление, что может даже приводить к бессонной ночи и продолжению интеллектуального труда в нерабочее время. Порой идея, захватившая ум творческого человека, не даёт ему покоя и во сне. Если наёмный рабочий физического труда не владеет средствами производства, то у наёмного работника умственного труда его “основное средство производства” — опыт предыдущей практической деятельности — всегда с собой. Физический труд можно произвольно прекратить. Но нет предела умственному труду, тем более, если его результат очень значим для человека.

Причиной углубления общественного разделения труда является постоянный рост производительной силы труда и производительности труда в целом. По данным американского экономиста Питера Друкера «в ХХ веке самым важным… достижением… было повышение в 50 раз производительности физического труда на производственных предприятиях» [5]. И как следствие, на сегодняшний день работники умственного труда уже становятся довольно значительной частью среди всех наёмных трудящихся в развитых странах, чего не наблюдалось во времена столетней давности. Попробуем разобраться, от чего зависит производительность физического и интеллектуального труда.

Принципы повышения производительности физического труда (принципы Тейлора) [5]:
1. Постановка цели и задач труда.
2. Анализ движений, необходимых для выполнения труда. Замеры времени для осуществления этих движений.
3. Устранение лишних движений.
4. Эффективное соединение необходимых движений так, чтобы требовалось минимум физических и умственных усилий за наименьшее время.
5. Усовершенствование орудий труда.

Факторы производительности работника умственного труда (по П. Друкеру) [5]:
«1. Производительность работника умственного труда требует чёткого ответа на вопрос: “В чём заключается производственное задание?”
2. Ответственность за производительность целиком возлагается на самого работника. Работники умственного труда должны сами собой управлять (они, так сказать, сами себе менеджеры). Им необходима независимость.
3. Непрерывная инновационная деятельность должна стать неотъемлемой частью умственной работы и включаться в производственное задание работника умственного труда; он должен отвечать за внедрение нововведений.
4. Работнику умственного труда надо, с одной стороны, постоянно учиться, а с другой — постоянно учить.
5. Производительность работника умственного труда не измеряется количеством или объёмом — во всяком случае, это далеко не самый главный показатель. Зато качеству придаётся огромное значение».

Как несложно заметить, требования, предъявляемые к производительности физического и умственного труда в общем и целом прямо противоположны. Особое внимание следует уделить пятому фактору производительности работника умственного труда. Если затраты физического труда и его результат вполне поддаются количественному измерению, то с умственным трудом в этом отношении гораздо сложнее. Объективно оценить то рабочее время, в течение которого интеллектуально трудится работник, не представляется возможным по той простой причине, как уже было сказано выше, что этот труд фактически не имеет предела, нельзя заставить мышление прекратить работу, особенно если решение поставленной задачи в высшей степени важно для человека. И если результат физического труда всегда чувственно дан, количественно всегда может быть определён, то в случае с продуктом труда интеллекта «качество — это и есть конечный продукт умственного труда» [5]. Но это качество ещё должно быть воплощено либо в вещественном продукте (чертёж, книга, картина, скульптура, фильм, программа на диске и т.п.), либо явлено в живом исполнении трудящегося (лечение, урок, стрижка, пение, игра актёра и пр.).Поскольку речь зашла об измерении затрат труда и его результата, то необходимо определиться с используемыми категориями. Гегель выделяет три ступени, формы бытия [6]:
«Качество есть в первую очередь тождественная с бытием определённость, так что нечто перестаёт быть тем, что оно есть, когда оно теряет своё качество».
«Количество есть, напротив, внешняя бытию, безразличная для него определённость».
«Мера есть единство первых двух, качественное количество. Все вещи имеют свою меру, т.е. количественную определённость…»Каким образом труд вообще создаёт качество и почему умственный труд создаёт исключительно качество? Сначала посмотрим, какова роль качества в физическом труде. Совершенно очевидно, что мышечная деятельность, будь это грубый труд грузчика или филигранная техника ювелира, требует определённого качества исполнения. Но это качество имеет заранее данный стандарт, оно регламентировано требованиями контроля качества. Этот стандарт качества выработан практикой использования современного оборудования и технологий. Контроль качества в производстве обеспечивает соблюдение нижней планки качества, сведение количества бракованной продукции к минимуму. Следовательно, физический труд производит не просто некоторое количество продукции, но он производит продукцию соответствующего стандарту определённого качества, или другими словами, физический труд производит качественное количество, меру. Поэтому продукт физического труда вполне доступен для измерения. Затраты физического труда на производство материального продукта определяются общественно необходимым рабочим временем, которое и есть мера стоимости товара.

Обращаясь к рассмотрению умственного труда, отметим, что в основной массе работ, связанных с интеллектуальным трудом, качество не бывает минимальным и регламентированным. Его ещё только предстоит определить перед началом работы, а чаще всего качество определяется уже в самом процессе умственного труда. И что получится в результате, порой не знает и сам работник, приступая к выполнению работы. Если рабочий сферы материального производства должен понять, как он будет выполнять задание, чтобы произвести качественное количество, то работник умственного труда должен понять, что он будет выполнять, какое качество от него требуется. Продукт интеллектуального труда всегда создаётся в единственном экземпляре, это всегда штучный продукт. Нет никакой необходимости программисту несколько раз писать один и тот же код, писателю — одну и ту же книгу, врачу — лечить уже вылеченного человека, преподавателю — читать два раза подряд одну и ту же лекцию одним и тем же студентам и т.п. Значит, как правило, умственный труд создаёт такой продукт, который не имеет меры, его нельзя количественно определить. Поскольку сам умственный труд не имеет предела, постольку он не может произвести количество, меру, и его продукт не может быть измерен количественно, этот продукт не имеет количественной определённости. Соответственно, общественно необходимым рабочим временем затраты умственного труда невозможно измерить, каждый продукт умственного труда лишь постфактум можно соотнести с некоторым количеством рабочего времени. Но это индивидуальные затраты труда, которые каждый раз определяются лишь по окончании процесса умственного труда с выходом продукта труда. Даже если в рамках буржуазного общества, допустим, писатель имеет договор с издательством, по которому обязуется раз в полгода написать книгу, то это не означает, что он заранее знает, сколько времени он будет писать книгу в действительности. Он может её написать за неделю, если придёт вдохновение, и потом отдыхать оставшиеся полгода. А может так и не написать за полгода, если муза не посетит. Тогда придётся что-то доставать из стола, что не было издано прежде. Таким образом, к умственному труду невозможно подойти с мерками абстрактно человеческого труда. Продукт умственного труда нельзя измерить общественно необходимым рабочим временем, и значит, объективно такой продукт не содержит в самом себе стоимости.

Но что же такое стоимость? Карл Маркс пишет об этом в первом томе «Капитала» следующее: «Так как относительная форма стоимости товара, например холста, выражает его стоимостное бытие как нечто совершенно отличное от его тела и свойств последнего, например как нечто «сюртукоподобное», то уже само это выражение указывает, на то, что за ним скрывается некоторое общественное отношение» [1]. Итак, стоимость есть общественное отношение. Но только ли? Обратимся к другой формулировке классика из этого же труда: «Насколько важно для познания стоимости вообще рассматривать её просто как застывшее рабочее время, просто как овеществлённый труд, настолько же важно для познания прибавочной стоимости рассматривать её просто как застывшее прибавочное время, просто как овеществлённый прибавочный труд» [1]. То есть, хотя стоимость в себе и не содержит ни одного атома вещества, тем не менее, стоимость всегда есть овеществлённый, прошлый, мёртвый труд. Хотя стоимость сама по себе есть идеальное содержание, но это содержание должно принять материальную форму, и только тогда стоимость становится действительно существующей. «Товар есть прежде всего внешний предмет, вещь, которая, благодаря её свойствам, удовлетворяет какие-либо человеческие потребности» [1]. Товар есть материальный предмет, внешний по отношению к человеку, он есть единство потребительной стоимости и стоимости. Таким образом, стоимость следует определять как овеществлённое общественное отношение, мерой которого служит общественно необходимое рабочее время.

Даже буржуазная экономическая мысль приходит к заключению о невозможности измерить производительность умственного труда при всём наличии такого желания:
«Можно ли измерить производительность умственного труда? Или она совершенно “неосязаема”? Именно проблема измерения этого вида производительности станет центральной для менеджмента, инвесторов, рынков капитала. Что означает “капитализм” в условиях господства знания — только лишь деньги или нечто большее? И что означает “свободный рынок”, когда подлинным капиталом становятся работники умственного труда, ибо только они владеют знаниями? Работников умственного труда нельзя ни купить, ни продать. Компания не может получить их в результате слияния или приобретения другой компании. Получается, что, представляя собой самую большую “ценность”, работники умственного труда не имеют “рыночной стоимости”, а это означает, что они, конечно же, никоим образом не подпадают под определение “капитала”» [5].
Капитал прилагает огромные усилия, чтобы загнать умственный труд в количественные рамки, пытаясь “выжать из него стоимость”, ограничивая интеллект рабочим временем и сроками сдачи результата. Но сама человеческая природа одарила человека внутренней свободой интеллектуального труда, свободой творчества, которую невозможно отнять.

Если умственный труд не создаёт стоимости, то почему же тогда становится возможным обменивать результат такого труда на результат другого труда или на деньги как всеобщий эквивалент стоимости? Ведь обмен в капиталистическом обществе производится всегда по закону стоимости. Дело всё в том, что благодаря высокой производительной силе труда тот избыток стоимости, который создан в сфере материального производства и накоплен в обществе, позволяет существовать и умственным видам труда. Полезный эффект умственного труда как потребительная стоимость находится в единстве не со своей собственной стоимостью, которая и не может быть создана умственным трудом, а со стоимостью уже созданной в сфере материального производства общества, с той частью избытка стоимости, которой общество готово поделиться с работниками умственного труда, если их труд полезен для общества. Интеллектуальный труд не создаёт стоимость, а наоборот, расходует её. В общественном производстве он является в действительности издержками производства, а не процессом создания стоимости, минусом, а не плюсом к сумме общественного материального богатства. Но это ни в коей мере не уничижает работников умственного труда, напротив, возвышает их, так как показывает, насколько важен их труд для общества, раз оно готово расстаться с излишками своего материального богатства ради получения полезного эффекта от их труда.

Интеллигенция, интеллектуалы, работники умственного труда — это важнейшая часть общества в современном мире, они есть мозг общественного организма. Но руками этого организма являются пролетарии физического труда, непосредственно создающие всё материальное богатство общества. Поэтому, как и сто лет назад, главной движущей силой в деле освобождения труда следует признать пролетариев материальной сферы производства — рабочий класс.

Список литературы.

1. Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения, издание второе, том 3. М., 1955.
2. Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения, издание второе, том 23. М., 1960.
3. Егоров А.С., Загрядский В.П. Психофизиология умственного труда. Л., 1973.
4. Dendrit. Физиология умственного и физического труда. 7
5. Друкер Питер Ф. Задачи менеджмента в XXI веке. М., 2004.
6. Гегель Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук, том 1. М., 1974.

1. В чем отличие программиста, который автоматизировал подъемный кран, и крановщика?
2. Кто управляет роботом?
3. Чем является программа, инструкция и т.д.?
4. Что производит программист, идею или стоимость?

Начальные данные:

1. Берем программиста, который пишет программу для промышленного робота
2. Стоимость, как термин марксистской политической экономии
3. Речь только о стоимости, а не полезности или бесполезности труда

Вступление

Сегодня компьютер – это небольшая коробочка с микросхемами, процессорами и т.д. Программисту достаточно набрать код в редакторе, и вуаля, программа готова, робот выполняет нужные действия по нажатию кнопки. Раньше компьютеры работали по такому же принципу, программист задает набор команд, машина выполняет. Чтобы разобраться с более сложной вещью, надо сначала обратиться к более простым. Поэтому вернемся в те времена, когда код писался на перфокартах.

Что такое перфокарта?

1. Это кусок картона с отверстиями в определенном порядке. Это носитель информации, а не сама информация.
2. На перфокарту могут быть записаны данные, может быть записана программа
3. Перфокарта указывает компьютеру что делать, точно также как набор шестеренок в любом другом механизме
4. Само расположение дырочек перфокарты не случайное. Также, как и другие части счетной машины
5. Перфокарта — это просто часть станка, компьютера. Просто ее можно менять, как, например, покрышки авто.

Рис 1. Перфокарта для компьютера

Рис 2. Перфокарта для вязальной машины

Что нужно, чтобы изготовить работающую перфокарту?

1. Изготовить пустую перфокарту
2. Придумать расположение отверстий
3. Проделать отверстия

Что нужно, чтобы изготовить деталь?

1. Придумать деталь
2. Реализовать деталь

Как можно видеть, создание и детали, и перфокарты распадается на две части: умственный труд и физический. Это не значит, что рабочий не думает, когда выпиливает деталь, просто ему не требуется выделять время на выдумывание. Придумывать деталь можно бесконечно, от этого благ не прибавится. Можно придумывать 5 минут, можно 10 лет, количество деталей не увеличится. Количество деталей будет расти, только если их начать делать. А уж насколько эффективен и нужен этот процесс будет – зависит от инженера, который придумал деталь.

Пример 1. Грампластинка, книга

Кто создает грампластинку? Рабочий, который нажимает кнопку на станке. Вырезать ложбинки можно в произвольном порядке. Музыку все мы любим разную, это лишь идеальное наполнение пластинки. Без мелодии пластинка не будет пластинкой. Но от того, что музыкант придумал мелодию и рабочий разместил ее на пластинках, мелодий у музыканта или у общества меньше (или больше) не стало. Мелодия как была одна, так и осталась. Тоже самое с книгой.

Пример 2. Чертеж

Чертеж ничем не отличается от фразы программиста для рабочего «вырезай здесь дырки в перфокартах». Стоимость чертежа равна затратам труда по переносу информации на носитель и на изготовление самого носителя.

У многих может возникнуть вопрос, а почему тогда чертежи, патенты и т.п. покупаются и продаются по высокой цене, если не имеют стоимости? Этот вопрос выходит за рамки рассматриваемой темы и касается издержек производства. Готовый патент позволяет организации сэкономить на собственных разработках и соответственно получить больше прибыли.

Пример 3. Такси

Знать куда и как ехать и непосредственно вести машину — это разные вещи. Каждый из нас, кто заказывает такси знает куда ехать. Возможно даже большинство знает, что есть педали, какие для чего нужны, но не каждый зная теорию, сможет сесть и проехать по городу дальше ближайшего столба. С другой стороны, с инструктором и навигатором процесс становится проще, но все равно машину ведёт водитель.

Снова о программе

Итак, вернемся к программе. Программа сама по себе ничего не регулирует, программа нематериальная. А вот ее реализация в материи — уже чем-то может управлять. Программа — это просто идея того, как должны дырочки располагаться. Просто общество и технологии на той стадии, что не надо каждый раз рабочего с перфоратором звать, чтобы размножить перфокарты. Сейчас вместо перфокарты жесткий диск или оперативная память. Что нисколько не меняет сути.Программист лишь наполняет содержанием перфокарты, как писатель книгу или инженер – чертеж.А потом уже кто-то печатает книгу, делает дырки в перфокарте, изготавливает деталь.Перфокарта — это результат того, что программист сказал рабочему вырезать дырки в определенных местах. Аналог — музыкант сказал, где должны быть ложбинки на пластинке, чтобы была приятна музыка.

Кто управляет роботом?

Робот — это такой же инструмент как лопата, только чуть сложнее. Есть работник, который с помощью инструмента что-то производит. Программист не производит с помощью робота. Производит рабочий-оператор, который этим роботом управляет. Программист лишь придумывает алгоритм, идею, как должно работать устройство.

Разделение труда

“Разделение труда, выделение какой-либо функции в самостоятельную ещё не делает её функцией, производящей продукт и стоимость, если она не была таковой сама по себе, т. е. ещё до выделения её в самостоятельную функцию”
Капитал Том 2 Глава 6

Все общество участвует в производстве так или иначе. Глобализация шагает по земному шару. Без учителя, без таксиста, без рабочего, без актера – без всего этого сложно представить себе стабильное производство. Если работник вечером придет с работы, и не сможет посмотреть любимый сериал или футбол, его продуктивность снизится. Без учителя не будут передаваться знания и навыки. Без рабочего не будет добыт металл или собран автомобиль. Без программиста не будет функционировать станок. Без инженера не будет построен мост. Без водителя автобуса половина работников не доедет до работы.С развитием общества все больше усиливается разделение труда, все больше непроизводительных функций отделяется от непосредственного производителя материального объекта. В то же время, все больше развиваются средства производства и производительность труда. Поэтому все меньше в относительных величинах становится людей, которые непосредственно занимаются созданием материальных объектов и стоимости.

Создает ли программист стоимость?

Нет. Участвует ли в создании? Да участвует. Но то что он участвует, не делает его создателем стоимости. Все общество участвует, разделение труда и т.п. Но это не значит, что все создают стоимость. Материальное производство создает ее. Материальным можно обменяться и накопить. Идеей же можно лишь поделиться, идею можно бесконечно копировать, сама по себе она ничего не стоит, это лишь издержки общества или капиталиста на ее создание, но не прирост стоимости. Там, где есть бесконечность – стоимости нет. Делясь информацией, она не исчезает в исходном пункте. Учитель, поделившийся знаниями, не становится глупее.

Итого

1. Стоимость создается трудом человека, а не инструментом (робот, молоток и т.п.)
2. Носитель – это физический предмет: жесткий диск, перфокарта, листы книги, лист чертежа, барабан музыкальной шкатулки и т.д.
3. Информацию можно бесконечно копировать, копировать носитель бесконечно нельзя.
4. Носитель программы – это часть робота, как и любая другая деталь
5. Роботом управляет не программист, а оператор. Программист пишет инструкцию.
6. Программист создает идею (информацию, инструкцию), которая помещается на носитель
7. Реализованная идея на носителе увеличивает производительность робота. Сама по себе идея ничего не делает.
8. Программа сама по себе ничего не регулирует, программа нематериальная. А вот ее реализация в материи — уже чем-то может управлять.
9. Идея не имеет стоимости, программист не создает стоимости
10. Работа программиста – это издержки производства, а не новая созданная стоимость.

Автор: Павел, марксистское объединение МЭЛС.